Разговор с председателем алматинского суда

В понедельник, 14 января, у меня состоялась удивительная встреча. Удивительна она тем, что инициатором ее стал Председатель городского суда Алматы Нургазы Абдиканов.

Если помните, я писал, что аккурат перед новогодними праздниками у меня состоялось слушание по гражданскому делу AirAstana, в котором компания требовала признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию заявления, сделанные мной в нескольких статьях. В каких именно и что больше всего «расстроило» президента компании Питера Фостера, нужно отметить особо. Одна и та же фраза резала уши высокопоставленному экспату – деятельность Национального авиаперевозчика субсидируется государством. В иске было указано три источника, где это фраза употреблялась, хотя начал я писать об этом гораздо раньше. Итак: «Иностранные авиакомпании не выдерживают конкуренции с национальным перевозчиком» от 18 января 2018 года, опубликованной в «Zakon.kz»,

https://www.zakon.kz/4899391-inostrannye-aviakompanii-ne.html

, там же вышел материал «Правила распределения керосина по льготным ценам следует изменить» 12 февраля 2018 года от,

https://www.zakon.kz/4903283-pravila-raspredeleniya-kerosina-po.html; а также мой пост в Facebook от 13 февраля того же года:

https://www.facebook.eom/sterling.kz/posts/10156218847356940pnref=story.

Во всех материалах речь идет о неких списках, которые также были представлены в суд. Их несколько лет подряд составляют совместно министерством энергетики и министерством инвестиций и развития. Согласно этим документам все авиационное топливо в стране распределяется между заинтересованными участниками рынка. Мера, по мнению чиновников, вынужденная. Казахстан на тот момент обеспечивал себя керосином только наполовину, а остальную часть получал извне. Список и дополнительные акты не позволяли продавать топливо местным НПЗ на сторону через свободный рынок. Поэтому весь объем адресно распределяли, причем львиная доля доставалась AirAstana. Обращаясь публично к правительству, я обращал внимание, что правила распределения топлива противоречат не только законам, но и рыночной логике и просил их изменить. И уж если нет другого рыночного механизма, справедливо делить керосин между игроками, то нужно хотя бы учитывать интересы государства. Например, давать его в большем объёме тем, кто выполняет больше внутренних рейсов.

Суд первой инстанции я, конечно же, проиграл. Основным доводом AirAstana стала ссылка на бюджетный кодекс, согласно которому компания и правда не получает прямых субсидий. Но самое интересное, ничего подобного в статьях и не было. Было про то, что существует государственная поддержка отрасли в виде адресного распределения топлива и цена этого топлива, жестко регулируется властями и очевидно занижена, потому как даже при беглом взгляде, видны отличия между стоимостью произведенного керосина в Казахстане и импортного. Это прямое свидетельство поддержке отрасли – субсидиях.

О том, что субсидии не всегда выражены в виде прямых бюджетных траншей, знает любой современный экономист. Есть целые научные работы, посвящённые тому, как государство может субсидировать любой сектор экономики.

В качестве аргумента судье Сарсеновой, председательствующей в этом процессе, были предоставлены выдержки из учебника «Социально экономическая модель: становление и развитие Теория, методология, практика» выпущенного под общей редакцией академика Владимира Гусаков, учёного-экономиста, доктора экономических наук, профессора, академика: «Целью субсидирования обычно является достижение значимых для общества экономических и/или социальных результатов. Субсидирование производства осуществляется в самых разнообразных формах, включая прямые (денежные субсидии и субсидии в натуральной форме, беспроцентные займы) и косвенные (налоговые льготы, льготы по страховым выплатам, займы под низкие проценты, ускоренное списание амортизации, льготная аренда). Кроме этого, используются такие неявные формы субсидий, как предоставление правительством отдельным предприятиям (отраслям, регионам) товаров и услуг (включая энергоносители) по ценам, ниже рыночных, и покупка у них товаров и услуг по ценам, превышающим рыночные. Существует также целый набор инструментов экономической политики, которые имеют такой же эффект, как субсидии».

Таким образом, исходя из научного определения распределение топлива, адресная продажа его конкретным авиакомпаниям — ничто иное как государственная субсидия. Это подтверждает и другой документ, который я предоставил в суд: это предписание, согласно которому список распределения авиакеросина признан незаконным, отменен, а министерства за подобные методы наказаны. Было множество других документов, подготовленных нашей стороной, но они были проигнорированы.

В новом году я получил полный текст решения суда и реально чуть ли не упал со стула. Читая его, я с каждой строчкой всё отчетливее понимал, что судья не только не пытался разобраться в деле, но он даже обоснование для своего решения не трудился подобрать. Все, что оставалось мне делать, так это написать пост в Facebook.

«Я с каждым днём всё сильнее поражаюсь казахстанским судьям. Они ведут себя настолько вызывающе, что создаётся ощущение, что им дана индульгенция не только со стороны земной, но и со стороны Царя небесного.
Хотя именно они, а не полиция или прокуроры, источник попирания закона в стране. Творись правосудие в залах его отправления, все остальное быстро наладилось бы».

Полный текст можно прочитать по ссылке: https://web.facebook.com/sterling.kz/posts/10157043243506940

Так вот буквально через сутки после публикации данной заметки помощник председателя городского суда Алматы Нургазы Абдиканова и передал приглашение. Встреча состоялась. Она, надеюсь, не была формальностью. Мы много говорили о важности справедливости, о том, что судья — это не просто представитель одной из трех ветвей власти, он представляет собой государство и несет ответственность перед страной за принятые решения, ведь каждое из них, согласно теории хаоса, может привести к цепи событий, иногда непоправимых, для человека в частности и для общества в целом. Не скрою, обсуждали и мой процесс. Я рассказал о том, что судья полностью проигнорировала доводы, предоставленные документы, а главное, она не пыталась выяснить, говорил ли я правду в своих статья или нет, она просто не рассматривала предоставленные мной доказательства. Более того, она рассмотрела дело без меня во всех смыслах слова, несмотря на мое ходатайство об отложении процесса ввиду невозможности нахождения в Алматы, она закончила слушания в один день. Такая спешка наталкивает на разные мысли, о чем я тоже сказал Председателю.

Да, судьи тоже люди и действительно у них могут быть проблемы, но, с другой стороны, правосудие важнее всего! Именно поэтому я и написал в своем обращении: «Вы знаете почему люди выходят на улицу, потому что они не верят в закон. Не верят таким, как Судья Сарсенова, что скучающим видом демонстрирует пренебрежение к стороне процесса. Потому что имитирует правосудие. Имитирует законность. И люди устают от этой имитации!». Да сказано жестко, но ведь разве не внимательности и заинтересованности разобраться мы ждем апеллируя к закону и его представителям? Суд обязан вникать, задавать вопросы, столько, сколько нужно, чтоб решение было справедливым. Но когда судья не задает ни одного вопроса в принципе, разве это нормально?

Да, мне хотелось бы, чтобы Суд, как институт менялся. Мне нравятся идеи Жакыпа Асанова. Он хорошо понимает, что нужен серьезный пересмотр самих принципов ведения процесса, оценки доказательств, ибо цель никогда не менялась – установление истины, справедливость. Для этого нужна ответственность и независимость, компетентность судей, вот что в основе. Сам Асанов говорит «Многие акты объемные, загромождены сложными формулировками, а сухая стилистика не позволяет понять причины, почему человек проиграл в суде. Даже в Верховном суде с первого раза не поймем, что имел в виду судья, почему он пришел к такому выводу. Если мы мучаемся, то каково людям? Судебный акт — это и показатель компетентности судьи, это еще лицо и имидж всей судебной власти».

Главное, о чем говорил Абдиканов, что не все судьи одинаковы, что многие по настоящему заинтересованы разобраться в сути, и я не могу это отрицать. Возможно, мне просто не везло. Есть же примеры, когда суд действительно устанавливает истину и восстанавливает справедливость. И есть разные инстанции и что всегда можно добиться правды, пусть даже попытаться и пусть на это могут уйти годы.

В конце концов, вопрос не в том, что я проиграл суд или мог бы его выиграть, основного я добился. Государство ошибку исправило, отменило правила распределения топлива, приведя все в соответствии с законодательством. Разве это не победа? Да, судья просто опустила тот факт, что с апреля месяца 2018 года действуют рыночные правила, пусть там и появились свои нюансы на фоне недостаточного производства, но в целом, когда страна подойдет к уровню самообеспечения, все будут иметь равный доступ к продукту. Разве не этого я добивался?

Все остальное на совести истцов и судьи Сарсеновой. Как и обещал, еще больше подробностей я изложу в отдельном материале о сути спора с AirAstana и том, какие доказательства удалось добыть, пока готовились к процессу, и о решении судьи на 15 страниц, которые не могут не вызывать улыбки, особенно если знаешь суть вопроса. Впереди апелляция в городском суде, и я приглашаю СМИ поучаствовать в процессе. Это будет настоящее состязание. О дате сообщу дополнительно. Думаю, что готов ответить на любые вопросы, если таковые есть.

Добавить комментарий